Гражданская лирика А.А. Ахматовой

     Я была тогда с моим народом,
     Там, где мой народ, к несчастью, был...
     А. Ахматова
     А. Ахматова, поэт огромного поэтического дара, возвышенного и трагического, вошла в русскую литературу прежде всего как певец любви. Однако с течением времени — времени бурь и потрясений в судьбе России — ее лирика, поначалу камерная, интимно-исповедальная, обретает высокое гражданское звучание. Уже в годы первой мировой войны в ее творчество вошли мотивы гражданственности, самопожертвования, любви к Родине. Ахматова сразу определила для себя главное: быть вместе с Россией на всех ее путях и перепутьях.
     Программным в этом отношении следует считать строки:
     Мне голос был. Он звал утешно,
     Он говорил: «Иди сюда,
     Оставь свой край, глухой и грешный,
     Оставь Россию навсегда-»
     Но равнодушно и спокойно
     Руками я замкнула слух,
     Чтоб этой речью недостойной
     Не осквернился скорбный дух.
     Блок сказал об этом стихотворении: «Ахматова права. Это недостойная речь». «Глухой и грешный» край, Россия всегда остается для поэтессы единственной обителью. Хранить верность Родине — вот главный гражданский долг.
     В одном из стихотворений 1922 года Ахматова пишет: «Не с теми я, кто бросил землю на растерзание врагам». Участь изгнанника представляется ей не только недостойной, но и жалкой. Она предпочитает, оставаясь на Родине, принять вместе с ней удары судьбы и отказывается от сомнительной чести петь отступникам:
     Им песен я своих не дам.
     Вместе со своей страной она переживает все бедствия, выпавшие на долго России В стихотворении, написанном к годовщине первой мировой войны, Ахматова пишет:
     Мы на сто лет состарились, и это
     Тогда случилось в час один.
     Отныне она видит свою задачу в ином: страсть и песни должны уйти из ее поэзии, так как —
     Ей, опустевшей, приказал Всевышний
     Стать книгой грозовых вестей.
     О том, насколько близко воспринимает поэтесса судьбу своей Родины, о силе ее любви и самопожертвования ярче всего говорят строки стихотворения «Молитва», написанного в 1915 году:
     Дай мне горькие годы недуга,
     Задыханье, бессонницу, жар,
     Отыми и ребенка, и друга,
     И таинственный песенный дар...
     Чтобы туча над темной Россией
     Стала облаком в славе лучей.
     «В года мытарств, во времена немыслимого быта», когда «все расхищено, предано, продано», Ахматова хранит веру в свет и тепло грядущих дней России.
     На протяжении всего своего творчества Ахматова освещает «страшный путь» своего поколения — поколения, вкусившего «мало меду», но много горестей. Современники ее — люди, «бесслезнее, надменнее и проще» которых в мире нет. Для них родная земля не храм, не талисман, не рай, а — «грязь на калошах» и «хруст на зубах», однако:
     ..ложимся в нее и становимся ею,
     Оттого и зовем так свободно своею.
     В одной из «Северных элегий» Ахматова размышляет о своей судьбе, на которую наложило свой отпечаток беспощадное время:
     Меня, как реку,
     Суровая эпоха повернула.
     Ее путь отныне иной. Но она не жалеет об этом:
     Но если бы оттуда посмотрела
     Я на свою теперешнюю жизнь,
     Узнала бы я зависть наконец.
     Да, в ее жизни многое было пропущено, вспоминает героиня элегии, многие зрелища прошли стороной: «И занавес вздымался без меня и также падал». Но — она разделила своей поэзией, своей судьбой участь миллионов современников. И их жизнь оказалась запечатленной в ее стихах.
     В 30-е годы Ахматова пишет свою знаменитую поэму «Реквием». Реквием, по определению, есть произведение траурного характера, заупокойная служба. Это выдающееся творение ахматовского гения — молитва за упокой душ тысяч невинно убиенных. Их судьбы должны избежать забвения: вечная память жертвам террора — чтобы трагедия не могла повториться.
     Ахматова, разделившая судьбу многих матерей — таким было ее приобщение к бедствиям страны, — стоявших вместе с ней у тюремной стены, создает памятник великому народному горю который
     Для них соткала я
     Из бедных, у них же подслушанных слов.
     Она, эта, по словам Жданова, «барынька, мечущаяся между будуаром и молельней», пишет о том, как
     безвинная корчилась Русь
     Под колесами черных «марусъ».
     Стихи Ахматовой в период второй мировой войны — своеобразная формула гневного, воинственного патриотизма. Цикл стихов о ленинградской блокаде, которую поэтесса пережила вместе с тысячами других жителей города, нельзя читать равнодушно. Боль пронизывает каждую строчку:
     Принеси же мне горсточку чистой,
     Нашей невской студеной воды,
     И с головки твоей золотистой
     Я кровавые смою следы.
     Однако за этой болью — неистребимая вера в победу, бесконечное мужество:
     Не страшно под пулями мертвыми лечь,
     Не горько остаться без крова..
     Автор не мыслит себя вне страданий своего народа; дети блокадного Ленинграда — это и ее дети:
     Щели в саду вырыты,
     Не горят огни.
     Питерские сироты,
     Детоньки мои!
     Высокую задачу своей поэзии Ахматова видит в том, чтобы оплакивать погибших, хранить память о них: «Чтоб вас оплакивать, мне жизнь сохранена». В 1950 году она пишет:
     Прошло пять лет — и залечила раны,
     Жестокой нанесенные войной,
     Страна моя...
     Автор рисует картины мирной жизни, пришедшей на смену «ужасам войны», и вместе со всеми радуется силе и свободе своей страны.
     Судьба не была милостива к поэтессе. Она пережила немало бед, видела смерть самых близких людей, испытала на себе силу террора:
     Так много камней брошено в меня...
     Долгие годы после революции она находилась на положении не то изгоя, не то заключенного:
     Одна на скамье подсудимых
     Я скоро полвека сижу.
     Но стих Ахматовой всегда был честен и мужествен. «В тот час, как рушатся миры», она не осталась спокойным созерцателем. Испытания придали мощь и силу ее стихам, помогли осознать свой гражданский долг — быть со своим народом, быть его голосом.